Он тебе посылает привет. Он еще хворает, рана не зажила. Валяется постоянно на койке, но за ним ходят хорошо. Майор Огильви говорил мне, что очень любит Рувима: хлопочет за него и, наверное, от суда освободит. Дело в том, что в сражении он не участвовал. Он говорит, что и тебя помиловали бы скорее, если бы ты старался не так залихватски. И обида в том, что тебя заметили и ты объявлен одним из самых опасных бунтовщиков. Особенно вредит тебе то, что простонародье тебя любит. Добрый старый моряк оставался у меня до поздней ночи. Я ему рассказывал свои приключения, а он мне - деревенские новости, которые, несмотря на свою незатейливость, были для меня куда интереснее политических событий.